Бодхи (bodhij) wrote,
Бодхи
bodhij

Categories:

1905 - как оно было. Мариинский театр.

Текст получился довольно большой. Обращаю внимание, чуть более чем полностью состоит из собственных мыслей и переживаний и будет малоинтересен тем, кто не был на игре "1905", а возможно - и вреден.



Подготовка
Я очень люблю Санкт-Петербург, очень люблю историю. В здравом уме я бы никогда не согласился вывозить на ролевую игру Мариинский Театр. До сих пор не понимаю, как подписался на это безумие. Но сказав однажды "да", отказаться уже не мог.

Жизнь до игры была разделена на два этапа - старый и новый полигон. Глядя на фотографии сцены на старом полигоне, не оставляло ощущение полного уныния: нет никаких шансов построить что-то вменяемое. Но смена полигона внезапно дала всем нам шанс. Не нужно было возводить стены и потолок, достаточно оформить сцену, провести электричество и поставить звук. И повесить люстру. И отремонтировать кресла. И убрать мусор. И отстроить гримерку... в общем, не очень много работы.

Примерно за месяц до игры меня накрыла мысль о ненужности. Я все больше убеждался, что все едут играть в идеалезированный мир, а мне в таком Питере места не найдется совсем. Я был готов уже приехать, помочь отстроиться, уехать в Москву, а затем приехать вновь и помочь все разобрать. Даже написал пост в ЖЖ, и ответы мне реально помогли.

Спасибо всем, кто на него ответил, я собрался, а тут еще Даша предложила сделать сообщество для людей занимающихся культурой. У меня появилась вторая ветвь - обучения танцам и балы. Мне удалось довольно быстро найти нужные контакты, и затащить всех в эту группу. Надеюсь, что "общество" кому-то помогло найти друг друга до игры, потому что на игре на это уже не было времени - все съела Мариинка.

Таким образом, у меня сформировалась роль: актер Мариинского театра, в свободное время преподает танцы в Университете, и выпускает собственные ноты и схемы танцев. Ну, и иногда ведет балы. В последнюю минуту мастера подкинули две личные завязки, но на них на игре уже не осталось ни времени, ни сил, за что мне безумно стыдно перед людьми, с которыми я должен был играть.

Строяк
Внезапно, строяк был одним удовольствием. Благодаря Тору у нас не было проблем с электричеством и джокерами, из которых мы за день сделали основу сцены. Энди подогнал два прожектора, которые освещали сцену. Вечером первого дня, мечтательно раскинувшись в креслах зала и подняв головы вверх, мы узрели сетчатый круг под потолком, и, не сговариваясь решили, что там будет висеть люстра. Тогда же первый раз был задан вопрос "а когда она упадет?", который возникал у каждого, кто  про эту люстру слышал. Конечно, она так и не упала, в результате всего на ней вешаться можно было. Если кому интересно - люстру вешали, залезая на крышу снаружи - Александр оказался монстром верхолазания без страховки. Люстра так же была собрана из джокеров. Когда ее повесили первый раз, это было круто!!! Но когда я посмотрел на нее утром, то понял, что круто было только вчера, когда все уже сдохли, а сегодня ее надо украшать и снова перевешивать...

С раздвигающимся занавесом шаманил Бронвег (Шаляпин), и как он его сделал, не опрокинув всю конструкцию джокеров - до сих пор ума не приложу. Но факт - система продержалась всю игру, пришлось только после первой репетиции заменить веревки.

Мы не забыли огородить императорскую ложу, но, увы, не смогли осилить станок - уже не хватило сил. Зато сделали приличную стойку для костюмов, которых каждый притащил по чемодану.

Так или иначе, внезапно, все было готово к середине среды. До игры оставалось несколько часов, а у нас уже все было сделано.

Постановки
Вообще репетиции мы начали еще на строяке. В среду после парада у нас первая опера, "Жизнь за царя", а актеры-то из разных городов, да еще некоторые смогли приехать только в среду, за пару часов до представления. Певцы еще могли связаться и сыграться по скайпу, а нам, танцорам, которые здесь были статистами, пришлось все ставить в ускоренном темпе. Так продолжалось, кстати, всю игру, что особенно сказалось на "Смерти Геракла" - мы смогли пройти этот сложный балет на барочной технике лишь однажды, и то не весь, а лишь 20 минут - все остальное время сцена была занята. Расписание было примерно таким: в 8.00 вставали первые актеры, потому что кто-нибудь обязательно приходил посмотреть, кто у нас не спит, а пол жутко скрипел. В 9.00 мы ставили в колонки "Боже, царя храни!", и это был сигнал к общему подъему. В 10.00 начинали репетицию танцоры, к 11 подходили певцы, и танцоры со сцены изгонялись. Репетиции шли примерно до 14.00, затем вновь начинались с 16.00 и уже до спектакля.
После "Жизни за Царя" на сцену пожелал подняться Е.И.В. и поблагодарить актеров за игру. А на второй, видимо, решив увеличить замес, нам заранее объявили, что после спектакля в гримерки зайдет императрица. Вот тут стало совсем весело, и пока актеры выступали, я, и все кто был свободен, лихорадочно приводили в порядок помещение. Кто у нас был, может оценить масштаб трагедии, а тем кто просто читает этот текст, скажу, что у нас там было "малость" не прибрано. Примерно, как на городской свалке.
Надо говорить, что, конечно, никто к нам не пришел, и все было зря? Нет, на самом деле не зря, в результате этого "шмона" наш стол обогатился скатертью.

На субботу, в отличии от других дней, мы ничего не планировали заранее, и только в субботу же стали думать о вечернем концерте. В первое отделение встала вторая постановка "Демона" - до сих пор не знаю, зачем и каким образом, но это позволило посмотреть его тем, кто пропустил спектакль прошлого дня - т.е. по факту, всему дворцу. Петрушку же, во втором отделении ставили всем театром с большим воодушевлением и при всеобщем участии. Репетиций тоже был минимум, но музыка Стравинского настолько глубоко в душе, что все шло очень легко и живо. Ну и "Варяг" на бис, как завершающая точка.

Мир
Вокруг Мариинки бурлила какая-то жизнь. Изредка она врывалась в наш закулисный мир, и тогда на пороге появлялся или мальчишка с повесткой в армию, неизвестно для кого, или пристав, зашедший к директору, или благородная дама в поисках Шаляпина. Ярче всего мир освещал театр, когда появлялся Витольд Корейво, по-мариински верный традиции, неизменно с "Абрау Дюрсо" в руках. Даже если вы его не застали, всегда на вопрос "Корейво не появлялся" - ответ стоял на столе.

У нас был телефон, но им никто не пользовался, предпочитая являться лично. Я же выходил в город или на занятия со студентами, или поесть.

В город, как в реку - невозможно войти дважды: каждый раз это новый, другой, незнакомый мир. В этот раз тебя постоянно останавливают мальчишки и интересуются твоим именем и фамилией, небрежно помахивая повесткой в армию. В другой - вокруг одни сплошные медсестры. То степенные дамы, в окружении слуг, то куда-то мчащаяся девушка с целеустремленным лицом. Однако это ощущение городской суеты разбивается сразу же, когда кто-то рядом вступает в беседу: разговор ведется на том самом высоком "эльфийском" языке, который знаком любому ролевику. Том самом, на котором излагают свои мысли великие мудрецы, и в котором ответ на простой вопрос "как пройти в редакцию" ты получаешь через пять минут после окончания работы этой самой редакции. Тут своя жизнь, не та что в Мариинке; японцы, инфляция, революция...

По идее у Яковлева в городе было несколько дел: он вел занятия по танцам в Университете, дирижировал балами и выполнял некоторые работы с типографией, однако как только дела заканчивались - я с облегчением возвращался домой.

Экономика
Еще на этапе подготовки, оторвавшись от строяка я вдруг подумал, что раз это игра "Лестницы в небо", значит, на ней будет "Экономика от Торгрима", а следовательно, нас ждут неприятные сюрпризы. На каждой игре с ней возникают проблемы, и каждый раз в середине игры наступает момент, когда все и так плохо, а тут еще надо что-то делать с деньгами, которых нет и не будет, либо - выходить из игры. Два примера:
1. на "16-м веке" мастера объявили, что кружка пива будет стоить 1 монету, а на игре выяснилось, что кружка эта - 50-ти граммовый пластиковый стаканчик. Если другие страны с этим согласились, то Англия не смогла уменьшить размер своей пинты, и выбрав между имиджем и богатством, выбрала имидж.
2. на "Стоимости жизни", в середине игры нашей газете просто перестали платить и она разорилась. Учитывая, насколько трудно было ее вывезти, и сколько было в нее вложено, это было суровым потрясением.
Очевидно, что и тут готовилось что-то подобное. Я рассказал о своем "положительном" опыте команде, и мы выработали решение: предложили заранее выкупить абонементы на все спектакли. Исходили мы из следующей логики - если (когда) цены начнут скакать, тех, кто позаботился о билетах заранее это не коснется. Цена абонементов равнялась цене билетов за 4 спектакля, однако, в финале, не без помощи мастеров цены были скорректированы. Так, при стоимости 1 места в 40 рублей, цена абонемента составила 200 рублей. Но игроки тоже включили логику и вместо абонемента просто выкупили 4 билета на 1 место сразу на все спектакли. Мы не препятствовали этому, понимая, к чему все идет.
Теоретически, нашим финансированием занимался Синод. Мариинка сдает им всю выручку, получает от них зарплату. Поначалу им было страшно, увидев наши затраты, но получив от нас первый сбор, они расслабились - прибыль была все равно.

На третий день наши спектакли постарались сорвать, причем со всех сторон. Не знаю, чем это было вызвано, но было сделано все, чтобы спектакли не состоялись, в том числе - и экономическими средствами. Нам было предписано в три раза увеличить стоимость билетов, при этом одновременно в два раза сократить нашу зарплату. Кроме того, зная заранее время начала спектаклей (20.00) мастера поставили на это время Рождество, и Синод спектакли отменил. В результате нам пришлось перенести начало на 22.30, и это поломало всему городу все вечерние мероприятия, а мне лично пришлось идти вести бал к студентам в 1.00, и при том, что мосты разводились в 2.00, бал оказался практически сорван. Безусловно, можно найти массу объяснений этому фейлу, но я не буду этого делать, просто продолжу излагать факты.

Экономика, как я уже говорил, в результате заранее продуманных мер, нас не коснулась. Этому способствовала и доигровая подготовка (я нашел цены всех контрактов звезд Мариинки в 1905 году), и грамотное распределение ресурсов. В результате к третьему дню у Александра была подушка денег, которой хватило бы нам на покупку поезда до Америки с постройкой моста через пролив. Это позволило заниматься творчеством, а не бегать в поисках лишнего рубля.

Балы и танцклассы
Как я уже писал выше, мой персонаж, кроме Мариинки занимался еще и танцклассами и балами. Вообще, в этом и заключалась его Мечта, Мука и Метод - в предреволюционной России с танцами было довольно уныло: отношение общества к танцмейстерам было довольно пренебрежительным. Здесь все сработало именно так, и дало полное погружение в реальность. Студенты на танцклассы ходили плохо, более 10 человек не собиралось никогда, при этом не смотря на интерес, они все время норовили свалить на какие-либо другие курсы. Первый класс начался на 30 минут позже, потому что какой-то военный нудно и долго докладывал по бумажке о международной обстановке, и студенты буквально валились с ног. Во второй мне клятвенно заявлял ректор, что все будет нормально, но я про себя решил, что ровно в 14.00 я ставлю на полную громкость музыку и даже если студентов нет - начинаю класс в одиночестве. К счастью, в этот раз все было полегче, хотя студенты были все равно безумно уставшими.

Перед игрой, чтобы игрокам было легче ориентироваться в танцах начала 20 века, и не было паники от слова "маскарад" или "бал" я написал несколько статей по культуре этого времени. К сожалению, общественного маскарада не случилось. Первый бал был в салоне госпожи Икскюль в четверг. Самое сильное впечатление - первое. Захожу в салон: огромный зал, разделен на 2 части. В одной танцуют, в другой накрыты столы. Так вот - такого буфета я не видел на болшьшинстве городских балов. Отдельно хочется отметить "мужской столик".

Танцы чередовались с концертными номерами, все было хорошо и здорово пока не... появилась девушка, "исполнительница экзотических танцев" и не попросила поставить трек... и вот смотрю я на экран, вижу этот трек, трек смотрит на меня, и я прямо чувствую как он издевательски ржет... музыка называется "Алла Борисовна Пугачева - "... дальше я прочитать уже не мог. Меня хватило на то, чтобы с покерфейсом этот трек запустить и выйти из зала в буфет. Там мне помог слуга - парень, не знаю как тебя зовут, но еще раз: большое тебе, человеческое спасибо!

на этом для меня бал закончился, хотя я там что-то еще вел, и музыка и концерт продолжались...

А в пятницу был бал у студентов. Это как раз тот бал в час ночи, после спектаклей Мариинки, начавшихся в 10.30. И вот тут я хочу сказать огромное спасибо уже нашей Мариинской команде. По хорошему, следует говорить им спасибо в каждом абзаце этого текста, но здесь это было особенно важно. Они встали и пошли со мной на этот бал, хотя по-хорошему, подписывался на это только я. Бал оказался совмещен с аукционом и лотереей, и награждением студентов (или преподавателей?). В общем, с танцами там не задалось, публика была не та, хотя пару забавных идей мы провернули - опять же, благодаря Мариинке.

В целом, я очень благодарен людям, создавшем на игре именно такое отношение к танцам. Поверьте, это не сарказм, действительно огромное спасибо. Я ехал отчасти ощутить вот эту атмосферу упадка и рад, что все прошло именно так, как я думал.

Революционеры
Несколько слов на тему "Революция и я", точнее - "Революция и Яковлев". На начало игры я относился к революционерам сочувственно-безразлично. Т.е. я понимал позиции людей, которые кипешили вокруг и хотели что-то изменить, но мне было как-то все равно. Я был той массой, которая спит, но довольно открыт любым идеям и вполне мог бы примкнуть к какой-либо из партий. Но в дальнейшем, встречая различных борцов с режимом, от эсеров до черносотенцев, мой персонаж стал считать всех революционеров неудачниками и опасными одержимцами, вплоть до идиотизма. Вероятно, ему просто не повезло, и он не встретил ни одного вменяемого человека.

Первая встреча с борцом за свободу произошла на университетском танцклассе в четверг. Представьте себе: После репетиций, без обеда, я прихожу на класс, и жду 30 минут, пока тот военный соизволит дожевать свою бумажку. Начинается класс. Многие студенты шатаются, и потому на него не идут - они тоже с утра не ели, но они-то на этот класс не подписывались. Я начинаю класс, и внезапно в зал входит рабочий, говорит "минуточку внимания!", и когда к нему поворачиваются - натурально, ссыт на пол. Так сказать, протест против системы.

Дамы в шоке. Я - актер, мне пофиг. Продолжаю класс. В процессе выясняется, что это рабочий с фабрики Морозовых, он социалист. Отлично, говорю я себе, клевые ребята эти социалисты.

Второй случай: монах. Сидим мы в четверг (точнее уже в пятницу, но пока спать не пошел - всё сегодня) в Мариинке, около 4 утра. В 8 вставать, за спиной бал с "Аллой Борисовной". Со мной Шаляпин, Бальмонт, кажется, г-жа Икскюль, и еще несколько человек. Кто-то приволок водку, но мы ее не пьем, пьем чай. Настроение в целом благодушное, хоть и все устали. Внезапно входит какой-то монах и пытается встать в пафосную позу и толкнуть какую-то речь. Шаляпин ловко наливает ему стакан водочки. Монах выпивает и вновь встает в позу "Нет, я все-таки скажу!!!" и выдает речь о том, что такие хорошие рабочие устают на своих заводах, а мы тут - водку пьем! На что мы ему резонно отвечаем, что мы пьем чай, а водку пьет только он, причем чужую. У монаха градус пафоса сливается, но он продолжает свою речь. В частности, он говорит, что завтра он насобирает денег, и приведет 20 рабочих, которые будут свистеть и срывать нам спектакль "Демон". Либретто, он, понятно, не читал - но осуждает...
Я сижу, слушаю, и постепенно наполняюсь яростью. Подумать только! Мы, вкалываем чуть не круглые сутки, завтра будем с нуля ставить три спектакля, при этом Кшесинская приедет только во второй половине дня, и встанет рядом с нами. Каждый раз выходя на сцену, мы идем как в атаку, неся людям искусство, единственные в этом городе. Мы - спим по 4 часа, голодные, потому что не успеваем обедать, раз за разом убиваемся об сцену, и тут какой-то пьяненький попик заявляет что он будет срывать наш спектакль только потому что ему не понравилось название!!! В общем, в доступной форме монолога, я вежливо но твердо изложил свою позицию. Первые две минуты попик пытался съехать под стол, потом нащупав паузу успел встать, и его отнесло к стене. Размазанный по ней он даже не пытался трепыхаться, а когда беседа закончилась, был тих как ангел и вежливо закрыл за собой дверь. Бальмонт добавил замеса, бросив ему на стол 20 рублей, с фразой "давай вали к своим рабочим, и только посмей завтра не придти!!!", подкрепив свои слова карточкой Мечты, что делало ситуацию особенно пикантной.
Насколько я помню, со стороны галерки на следующий день были самые громкие аплодисменты, а два бальмонтовых червонца выгодно выделялись среди одиноких рублей в пятничной выручке.

Третий случай: Про снизить цену.
Пятница у нас выдалась невеселой: перенос времени начала постановок и три спектакля в один день, плюс у меня бал, после всего этого. Да еще нам приказали в три раза поднять стоимость билетов, при одновременном урезании зарплаты в два раза. И тут где-то в середине дня я замечаю, что госпожа Лисаневич осаждает директора с требованием снизить стоимость билетов, потому что рабочим, мол, сложно платить за них высокую цену. При этом разумных доводов директора она слушать не желает, в запале праведного гнева готовая рвать и метать. Пока директор от нее отбивался, у меня было время подумать, и я спросил - а собственно, на какие места она предлагает снизить цену, учитывая, что сидячие были проданы все еще вчера, причем по старой цене? Сошлись на том, что надо снизить цену на галерку. Теперь оцените глубину замысла: билет на галерку стоил ОДИН РУБЛЬ. т.е. попасть на спектакль мог вообще любой-любой. Но, ок, снизили цену до 50 копеек, с тем, чтобы тот попик из второго примера мог привести на ту двадцатку не 20, а 40 человек. Счастливая, что сделала благое дело Лисаневич гордо удалилась, а первый же рабочий, пришедший на галерку поставил директора в безвыходное положение, попросив сдачу с сотки. Отличный был благотворительный шаг.

Четвертый: послание царю.
Дело было в субботу. Готовим мы финальный номер, я протолкнул идею спеть со зрителями Варяга. Чтобы все знали текст, мы его набили и собрались распечатать в 40 экземплярах, чтобы всем раздать. Дело было в 15.40, в типографии сказали заходить через 40 минут, и проходя мимо "Батума", я обнаружил, что там заняты не все столики. Заняв столик, и дождавшись открытия, мы смогли наконец-то пообедать... И вот, в процессе обеда является к нам госпожа Лисаневич, сопровождаемая дамами из Александровского благотворительного общества, и размахивает воззванием к царю, с пачкой подписей под ним. Нам предлагается тоже подписать. В тексте сказано, что прогрессивная общественность требует запрета "Черной сотни", а так же газет, разжигающих (!) национальную вражду (ни слова о Карле!). Под документом уже стоит около 20 подписей. На вопрос - дамы, но Черная Сотня и так запрещена, а то что вы пишете про газеты, приведет к закрытию практически любой пишущей о политике, в частности о войне с Японией, дамы советуют мне не заниматься демагогией, и (снова Карл готовится выйти на сцену) ПЕРЕПИСЫВАЮТ ТЕКСТ, указывая газеты, которые "распространяют материалы, враждебные для России" (не поручусь за 100% точность формулировки). Прямо вот ручкой - раз, и переписали. Отлично! А за что подписались предыдущие 20 человек?!!! Я настолько обалдел, что тоже подписал лист, рассуждая, что если всех потащут в участок, то я не могу пропустить собрание таких выдающихся личностей.

Пятый: Речь со сцены.
Это был финал комедии. Представьте: всем объявляют, что в 20.00 в Мариинке состоится финальный концерт, после чего в ней же (а позже решили, что на площади) состоится заседание Законодательного собрания, на котором все партии получают свободу собраний, а в само заксобрание входят их депутаты. И в конце спектакля госпожа Лисаневич прорывается на сцену, и, глуша аплодисменты счастливых зрителей после финала, начинает тихим голосом произносить речь, что дескать, она долго скрывала то, что она социалистка, и что теперь она решается сказать об этом, и поэтому уходит из театра. Стоя на сцене прямо за ней я пытался придумать хоть одну разумную причину так делать, кроме простого человеческого желания сорвать триумф другим. И не нашел. И вот тут я подумал - а не в этом ли и есть суть эсеров? Вспомнил все предыдущие случаи, и все выстроилось в одну систему. Все эти идеи, все эти телодвижения - ничто иное, как демагогия, направленная на доверчивых обывателей. Все их действия - всего лишь попытка рекламы, вызывающая даже не сочувствие, но жалость и брезгливость.

В общем, с революцией у моего персонажа не задалось.

Что в итоге:
1. Нам удалось всем вместе создать команду мечты. Было безумно сложно, но мы выдержали, и это было круто.
2. Очень скучаю по всем, но здорово, что жизнь продолжается, и мы еще продолжим.
3. 1905-й год в целом не получился, однако, в моем узком случае все было правильно.
4. Экономика не получилась, и я больше не хочу играть в экономику от Торгрима.

Благодарности:
Друзья, я не буду писать списком, кому я хочу сказать спасибо, потому что мне кажется, что это слово не описывает того взрыва чувств, что я испытываю. Я помню ваши лица, ощущение от ваших глаз, теплоту от слов - и не могу выразить все словами. Отдельное спасибо за вальс Яковлева, меня это очень тронуло.

Но вот кому я точно хочу сказать отдельное спасибо - это кабакам. Посещение рабочего кабака в среду дало нам незабываемое ощущение дна и эйфории, Батум же дважды нас спас: в среду и субботу.

Но вот кому действительно хочется поклониться в пояс - это ребятам из духана, которые несколько раз спасали нас, принося еду прямо в Мариинку в те моменты, когда мы не могли оторваться от репетиций, или были еле живы с утра.

на этом - заканчиваю отчет.
Tags: 1905, Личное, Ролевые игры
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 88 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →